Некоторые части тела воспевать не так уж легко. Была бы это, к примеру, женская грудь — там поэты выработали целую систему образов и метафор. Тут тебе и бюст, и перси, и два нежных холма, покрытые утренней росой, причем на вершине каждого цветет роза. А вот попа — она попа и есть. В лучшем случае «ягодицы». Поэтому рассуждать о ней, или о них, очень–очень трудно. Но ведь как хочется!


Просто кошмар какой-то, до чего не везет некоторым частям тела. Вроде всем хороша часть — круглая, гладкая, эрогенная, немедленно привлекающая доброжелательное внимание. Два упругих полушария, которые, кстати, бывают покрыты вполне персиковым пушком и умеют «трепетать» и «вздыматься» не хуже некоторых других. Но почему-то нету к ним того возвышенного отношения. Вот наш рекламный отдел интересуется, что у нас в этом номере с рубрикой «Секс». А в этой рубрике у нас как раз полная попа. Рекламодатели возмутятся: возможно ли, чтобы элитный продукт рекламировался по соседству с, извините, ягодицами? Как будто потребитель, то есть читатель, не вправе выбирать любимую часть тела, руководствуясь лишь зовом собственной природы. И прильнуть туда, куда ему хочется, без оглядки на поэтов-романтиков. Придется восстанавливать справедливость. Что у нас в рубрике «Секс»? Полная… красотища! То есть все равно попа, так или иначе.